marina_klimkova (marina_klimkova) wrote,
marina_klimkova
marina_klimkova

Categories:

"Насильно никого не выучить..."

14 мая 2008 года исполнилось 175 лет со дня рождения Сергея Александровича Рачинского (1833–1902) – удивительного человека, ученого, педагога, которым вправе гордиться тамбовский край. Мать Сергея, Варвара Абрамовна, которой он обязан своим воспитанием, была сестрой поэта Евгения Боратынского и выросла в тамбовской усадьбе Мара. Зная культуру Боратынских, можно представить, как из тамбовской Мары в смоленское Татево (из дворянской усадьбы в крестьянские села), а из Татева по всей России распространились основы народного образования.

Сергей Рачинский был убежденным сторонником церковно-приходских школ и обществ трезвости, что вызывало осторожное отношение к его деятельности, как перед революцией, так и после нее. Сегодня идея «светского государства» и лозунг  «на Руси питие – есть веселье» тоже не позволяют трезво посмотреть на педагогические методы «сельского учителя». Однако и сегодня любого человека впечатляет тот факт, что ученики Рачинского могли не только читать и писать, но и петь по нотам, прекрасно рисовать, а также решать в уме сложнейшие задачи. Одна из таких задач увековечена на картине Н.П. Богданова-Бельского «Устный счет. В народной школе С.А. Рачинского». Художник, присутствовавший на уроке, изобразил класс и в нем доску, на которой начертан пример – сумма квадратов пяти двузначных чисел, разделенная на трехзначное число. Если Рачинский сумел добиться со своими учениками такого результата, то опыт его школ бесценен. Может быть не все так безнадежно устарело с тех пор, и у нас есть шанс чему-то поучиться у наших предков?

Н.П.Богданов-Бельский. Устный счет. В народной школе С.А.Рачинского. 1896

Н.П.Богданов-Бельский. Устный счет. В народной школе С.А.Рачинского. 1896



В усадьбе Мара Кирсановского уезда, принадлежавшей дворянам Боратынским, традиции воспитания и образования были основаны матерью поэта – Александрой Федоровной. Сергей Александрович Рачинский вспоминал о своей бабушке: «…в ней благородство характера, доброта и нежность чувства соединялись с возвышенным умом и почти не женской энергией».

Понять особенности образования детей в Маре невозможно без обращения к биографии Александры Федоровны, с шести лет воспитывавшейся в институте благородных девиц при Смольном монастыре в Петербурге и являвшейся одной из лучших учениц своего выпуска. В ту пору это учебное заведение воплощало в жизнь идею своей основательницы Екатерины II, которая, увлекшись теорией Ж.-Ж. Руссо, хотела создать «новую породу людей» – улучшить человечество путем воспитания.

Окончив институт, Александра Федоровна стала фрейлиной императрицы Марии Федоровны. Когда она вышла замуж за генерала Абрама Андреевича Боратынского и переехала в его тамбовское имение, то явила пример хорошей хозяйки дома и заботливой матери. Воспитание своих семерых детей она строила на основах педагогической системы Смольного института – традиционных нравственных устоях, доверительных отношениях, поощрениях, приобщении к искусствам. Без этого не смогли бы раскрыться таланты ее дочерей и сыновей, ставших кто известным поэтом, кто военным, кто врачом, а кто такой же, как она, матерью – домашним педагогом и воспитателем.

Александра Федоровна сама занималась с младшими детьми русским и иностранными языками, а когда они подрастали, то приглашала гувернеров, учителей. Абрам Андреевич Боратынский писал в 1804 году про четырехлетнего Евгения (будущего поэта), имевшего ласковое прозвище – Буба: «Бубинька уже выучился грамоте и теперь пишет. У него, благодаря Богу, понятие очень хорошее, и мы, играя с ним, учим. Мы выписали учителя, которого мы ждем из Петербурга».

Если в четыре года Евгений уже умел читать и писать, то для его отроческих писем были присущи недетская зрелость мыслей и точность слога. В 12 лет он рассуждал о лицемерии отношений в человеческом обществе, а в 16-ть – об эфемерности счастья и тленности земного бытия. Приведем некоторые фрагменты писем 14-летнего Евгения в Мару, которые характеризуют отношения матери и сына:

«Вы пишете мне, что мне нечего тревожиться о матери, но разве есть для меня в мире кто-нибудь дороже матери, да еще такой доброй и нежной, как вы? Ах, маменька, сын, который не тревожится о матери, – не сын».

«Воображение переносит меня в ваши объятия, любезная маменька; мне даже кажется, что я говорю с вами. Желал бы я, чтоб какой-нибудь добрый волшебник заколдовал меня, и мне вечно бы казалось, будто я нахожусь подле вас».

«Как бы мне хотелось сейчас быть с вами в деревне! О! Как ваше присутствие приумножило бы мне счастье! Природа показалась бы мне милее, день – ярче».

Среди приоритетов в семье Боратынских – занятие рисованием, живописью, музыкой. Особое значение придавалось чтению. Любовь к книге, по мнению Александры Федоровны, являлась важнейшим стимулом самообучения. Она писала в 1830-х годах к дочери Варваре Рачинской, которая в ту пору сама стала матерью: «Насильно никого не выучить, а ежели сын твой не будет любить читать, так и учить не стоит. В противном случае, он сам больше вовнутрь горевши, нежели долбивши наизусть…»

Впоследствии, когда Сергей Рачинский, упомянутый в письме, начал развивать в сельских школах смоленского имения Татево социальную педагогику, то вслед за своей бабушкой Александрой Боратынской, вопреки сложившимся правилам, которые ограничивали время уроков, утверждал, что дети способны учиться целый день, но при условии духовной жажды и вдохновения.


Усадебный дом в Маре. Фото М.А.Боратынского. Начало ХХ века
Усадебный дом в Маре. Фото М.А.Боратынского. Начало ХХ века

В детстве Сергей Рачинский часто гостил в тамбовской усадьбе. Екатерина Федоровна Черепанова писала в 1849 году из Мары к Варваре Рачинской: «Истинное утешение – приезд… бесценных твоих детей. Сережу уже знала; как тебя благодарить за него – ты (многого) лишила себя, отпустив его к нам. А Володенька нас всех просто восхитил. Я не знаю, как достойно возблагодарить Бога за них. Одна молитва к нему: да сохранит их Господь, этих несравненных, добрых, нежных юношей... Радуюсь за тебя, что ты вознаграждена за все труды твои. Много ли родителей так счастливо?»

В тот год Сергей Рачинский поступил в Московский университет. Окончив естественный факультет, он уехал за границу для совершенствования знаний, где подружился с композитором Ф. Листом, писавшим музыку на его стихи, и с историком философии К. Фишером. В 1858 году двадцатипятилетний Рачинский вернулся в Москву, защитил докторскую диссертацию, стал профессором и возглавил кафедру ботаники Московского университета. Его квартиру в тот период посещали многие известные люди – братья Аксаковы, Л.Н. Толстой, П.И. Чайковский.

В 1868 году Рачинский подал в отставку и оставил университет, а в 1873 году поселился в Татеве, где посвятил себя строительству школ и обучению крестьянских детей. Вскоре он стал главным в России идеологом церковно-приходской школы, начавшей конкурировать со школой земской. «Заметки о сельских школах», публикуемые им в печати, способствовали развитию национальной педагогики.

Большое значение в обучении Рачинский придавал церкви, дающей человеку нравственные основы, и искусствам. Когда занятия по чтению, письму, арифметике и Закону Божьему чередовались с художественной деятельностью, выявлялось много народных талантов.

В конце XIX века народные школы, подобные татевским, открылись по всей России, в том числе и в Кирсановском уезде Тамбовской губернии – в имениях Боратынских и Рачинских. Елизавета Антоновна Дельвиг, дочь поэта А.А. Дельвига, участвовавшая в устройстве школы села Софьинка, писала в 1880 году из Мары к Варваре Абрамовне Рачинской: «Скажите Сергею, что все чудеса, виденные мною в его школе, не выходят у меня из головы». В то время уже действовало «училище» в селе Сергиевка, попечительницей которого была кузина Рачинского – Софья Сергеевна Чичерина. Открылись школы в поместьях Рачинских: в 1886 году – в селе Кобяки, где за обучением наблюдал Константин Александрович Рачинский; в 1888 году, при деятельном участии Александра Александровича Рачинского, – в Натальевке.

14 мая 1899 года Николай II написал в рескрипте на имя Сергея Рачинского: «Школы, вами основанные и руководимые, состоя в числе церковно-приходских, стали питомником в том же духе воспитанных деятелей, училищем труда, трезвости и добрых нравов и живым образцом для всех подобных учреждений. Близкая сердцу Моему забота о народном образовании, коему вы достойно служите, побуждает Меня изъявить вам искреннюю Мою признательность».

С 1875 года Рачинский был занят делами начальной школы: по зимам преподавал, а летом готовил наиболее способных учеников к экзамену на звание учителя, или, к другой деятельности, в зависимости от их способностей. За 20 лет из числа его воспитанников вышло около 60 учителей, 12 диаконов, 4 священника, 3 художника, в том числе Н.П. Богданов-Бельский – известный живописец. Один из учеников Рачинского, священник Александр Васильев, расстрелянный в 1918 году, был последним духовником царской семьи.



Статья М. Климковой // Тамбовская жизнь, 2008, 20 авг.
Tags: Мара, Рачинский С.А., мир тамбовской усадьбы
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 3 comments