marina_klimkova (marina_klimkova) wrote,
marina_klimkova
marina_klimkova

Category:

Еще один портрет Евгения Боратынского кисти К. Барду

Нет, определенно, как только я касаюсь темы, связанной с Боратынскими, в моей жизни начинается какая-то мистика. Последнюю неделю я изо всех сил пыталась дописать статью в московский сборник, посвященный памяти Алексея Михайловича Пескова, филолога, писателя, автора книг о поэте Евгении Боратынском и его роде. Сдать материал, как мне сообщила Алина Бодрова, надо не позднее 29 июля. И вот сегодня, после очередной четырехчасовой работы над статьей, когда начала подозревать, что в сроки я не укладываюсь, в Интернете вдруг нашлась сенсационная для меня информация:

«В конце ноября 2010 года в Саратовском государственном художественном музее состоялся реставрационный совет. На нем два санкт-петербургских реставратора – Ольга Сергеевна Темерина и Ирина Сергеевна Белякова – представляли результаты своей работы – реставрацию пастели Карла Вильгельма Барду "Портрет Е. А. Боратынского" 1810-х годов». Далее см. здесь: http://www.museum.ru/N41669

Это какое-то чудо!

Во-первых, о портрете, о котором идет речь, никто из круга «боратыноведов» не знал (на выставках он не экспонировался и нигде не публиковался). Во-вторых, как мог оказаться в Саратове детский портрет Евгения Боратынского, написанный в Москве художником К. Барду? И, в-третьих, Саратов – мой родной город, где я родилась, где часто бывала, да и Радищевский музей мне знаком…

Жаль, что ни Владимира Георгиевича Шпильчина, ни Алексея Михайловича Пескова нет сейчас с нами. Только с ними можно было разделить радость этого открытия…

Вот этот портрет. Он представлен на сайте «Новости музеев»:

К. Барду. Портрет Евгения Боратынского

Мне были известны детские портреты Евгения, Софьи и Ираклия Боратынских,  выполненные в технике пастели К. Барду.  Портреты Евгения (подлинник и копии) хранятся в РГАЛИ (Ф. 51. Оп. 1. Д. 426), ГИМе и в Музее-усадьбе «Мураново». Портрет Софьи – в РГАЛИ (Ф. 51. Оп. 1. Д. 427). Ираклия – в ГИМе (инв. № 71335). Они датируются 1910–1911 гг.

Портреты детей Боратынских являются олицетворением разных характеров: мечтательный и углубленный в себя Евгений; энергичная и задорная Софья; сдержанный Ираклий с пытливым взглядом, обращенным во внешний мир. Художественная характеристика соответствует той, что была оставлена в письмах и воспоминаниях современников. Отец поэта Аврам Андреевич писал 17 февраля 1804 г. к сестре Марии из вяжлинской усадьбы: «Ты не знаешь еще нашего Ашичку [Ираклия. – М.К.] и Сошу [Софью. – М.К.]. А про Бубу [Евгения. – М.К.] и говорить нечего. Это такой робенок, что я в жизни моей не видывал такого добронравного и хорошего дитя – он уже читает по-французски. Ашичка – это Ираклий. Мы ему дали это легчайшее имя [по-французски имя Ираклий пишется как Hercule, Heraclius. По первой букве французского имени ему было дано прозвище: «Н» – Аш. – М.К.]. Этот Ашонок – такой красотка, что я редко видывал, и он у них у всех фаворит. – Соша наша... преострая девчонка! А про нее не могу сказать, чтоб она была смирна; иногда надо и розочки. А Бубинька 2 года не только розги, но ниже выговору не заслужил. Редкой робенок!»

На саратовском портрете Евгений Боратынский выглядит чуть старше, чем на портрете из РГАЛИ. И вид у него какой-то немного озабоченный, можно даже сказать грустноватый. Возможно, этот портрет был написан в 1812 г., когда 12-летнего мальчика везли из тамбовской усадьбы Мара через Москву в Петербург для поступления в частный пансион, а затем в Пажеский корпус.

Tags: Барду К., Боратынский Евгений, Саратовский музей, портреты
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 4 comments