marina_klimkova

Categories:

Культурный слой города Тамбова

Конференцию «НАСЛЕДИЕ ТАМБОВСКОГО КРАЯ», посвященную дню основания города Тамбова и Международному дню памятников и исторических мест, открыл доклад кандидата исторических наук, доцента ТГУ им. Г.Р. Державина, археолога, члена Совета тамбовского отделения ВООПИиК Сергея Ивановича Андреева. 

С.И. Андреев

Культурный слой города Тамбова

Хотя Тамбов не входит в число древних городов России, отдельные его территории имеют очень большую историю. В настоящее время нам известно 9 археологических объектов, изученных в разной степени, а некоторые при этом, остаются легендарными. Тем не менее, даже это небольшое количество археологических памятников дают яркое представление о древней истории территории, которая с середины XVII в. называется Тамбовом. Ниже мы приводим список памятников археологии, расположенных на административной территории города Тамбова в границах конца XX в.

Тамбов. Наиболее ранним из известных памятников является курганная группа, располагавшаяся на юго-западной окраине города (по состоянию на начало XX в.). Состояла из пяти насыпей. В настоящее время точное местонахождение этого объекта неизвестно. Впервые упоминается в 1902 г. в известиях ТУАК[i].

Поселение Перикса I. Это поселение открыто ещё в 1912 г.[ii]. Точное местонахождение и что было найдено на поселении неизвестно. 

Поселение Перикса II. Первым исследованным археологическим объектом на территории г. Тамбова является поселение II у с. Перикса. Памятник открыт в 1957 г. экспедицией Государственного исторического музея под руководством Т.Б. Поповой[iii]. Поселение занимало участок высокого левого берега р. Цна на песчаной дюне у крайних домов с. Перикса. На площади этой стоянки были заложены два раскопа: в 296 кв.м. и 208 кв.м. В 1959 г. работы продолжены, вскрыто ещё 192 кв.м.[iv].

В южной части раскопа были обнаружены остатки большого жилого сооружения, разрушенного канавой. Наибольшая глубина в сохранившейся части жилища достигала 1,0-1,25 м, на дне его было исследовано два кострища. Первое круглое в плане, углубленное в грунт на 0,45 м, заполненное углем, золой, обломками посуды и обгоревшими костями животных. Вокруг кострища найдены кости лошади, полированный камень и обломки сосудов. Второе кострище (в северной части землянки), так же как и первое, было вырыто в материке, но имело вытянутую форму, протяженностью с востока на запад 3,2 м. По-видимому, это кострище служило для обогрева жилища; зола из него выкидывалась в северо-западный угол землянки, где обнаружено его большое скопление, насыпанное рядом с небольшим возвышением земли. Это возвышение напоминает нары, известные во многих землянках эпохи поздней бронзы[v].  В жилище на земляных нарах было обнаружено небольшое бронзовое тесло, клиновидное в сечении. Подобный тип тесла хорошо известен в различных комплексах эпохи ранней бронзы на территории Северного Причерноморья и Северного Кавказа. Кроме тесла, на глубине 0,40 м от современной поверхности вне жилища, найдена бронзовая проколка.

В первом раскопе было вскрыто разрушенное погребение, находившееся на глубине 0,92 м от современной поверхности. В слабо прослеженном пятне могильной ямы были обнаружены кости черепа человека, рядом с которым находился сосуд. Сосуд резко отличается от керамики из культурного слоя стоянки и по своей форме больше всего напоминает керамику из древнемордовских погребений типа Армиевского могильника, датируемого серединой I тысячелетия н.э.[vi].

Несколько севернее заложенного раскопа на поверхности стоянки было заметно небольшое углубление овальной формы, покрытое более яркой и густой растительностью, чем окружающая его поверхность. Заложенный здесь раскоп II выявил еще одну землянку. Жилище имело форму несколько неправильного четырехугольника с закругленными углами; общая площадь его 135 кв.м. Вход жилища был обращен к реке, с южной стороны в дом вели две широкие ступени, которые занимали всю южную стенку жилища и даже заходили на восточную и западную стороны землянки. По-видимому, часть этих ступеней могла служить в качестве нар.

Основную часть находок составляли обломки глиняной посуды. Количество находок в жилище было не особенно велико. По-видимому, хорошо утрамбованный глиняный пол землянки позволял убирать и выбрасывать черепки от разбившихся сосудов.

В результате исследования стоянки Перикса был получен очень большой и разнообразный материал, главным образом керамический, на основе которого Т.Б. Поповой был сделан ряд выводов.

Типологически и стратиграфически посуда стоянки Перикса делится на несколько типов. По-видимому, наиболее древними являются сосуды желтовато-розоватого цвета, резко отличающиеся от темно-коричневой с черными пятнами сосудов срубной культуры. Эта посуда имеет несколько характерных особенностей. Во-первых, в глиняном тесте содержится большое количество толченой раковины, что само по себе свидетельствует о большей древности по сравнению с керамикой срубного времени, Во-вторых, все сосуды имеют высокое, слегка отогнутое горло и округлые бока. В-третьих, горло, плечики и часть тулова этого типа сосудов покрыты специфическим орнаментом из очень глубоких желобков, прочерченных параллельно краю сосуда. Этот орнамент иногда переходит и на внутреннюю сторону горла сосуда[vii].

Вся эта посуда была встречена в землянке № 1 и в нижних слоях раскопа I. Учитывая тот факт, что такая, керамика не была найдена в раскопе II, надо полагать, что она должна датироваться более ранним временем, чем комплекс находок из жилища II раскопа, относящийся к поздней стадии срубной культуры. Она относится к абашевской культуре и датируется серединой II тыс. до н.э.

Другой интересный тип посуды, от которого в первом раскопе найден 21 обломок, представлен черепками с поверхностью, сплошь покрытой ромбическими вдавлениями; орнамент почти всегда покрывает и внутреннюю сторону сложного изогнутого венчика. Глина хорошо отмучена, стенки сосудов тонкие и хорошо обожжены. Подобная керамика в небольшом количестве была не раз встречена в нижних слоях городищ, расположенных в бассейне р. Мокши, т.е. несколько северо-восточнее р. Цны. Данный тип посуды относится к иванобугорской (примокшанской) культуре пережиточного энеолита и датируется началом II тыс. до н.э.

Наибольший процент находок на стоянке Перикса составляет керамика срубного типа, главным образом его раннего этапа. Здесь имеются баночные сосуды разных размеров и много хорошо выраженных острорёберных. Поверхность сосудов в большинстве случаев заглажена с обеих сторон зубчатым штампом. В глиняном тесте – примесь дресвы и шамота. Орнаментальные узоры (треугольники, свастики, меандр) довольно разнообразны и нанесены различными зубчатыми и верёвочными штампами, а также нарезками и ямками. 

Таким образом, материал, полученный в результате раскопок на стоянке Перикса, позволяет говорить о большой длительности существования поселения.

Наиболее четко выделяется комплекс эпохи срубной культуры, как ранней, так и поздней стадии (II раскоп с жилищем).

В 1969 г. работы на этом поселении были продолжены экспедицией Воронежского госуниверситета под руководством А.Д. Пряхина. На юго-восточной оконечности центрального мыса поселения заложен раскоп, площадью 28 кв.м. и проведены многочисленные зачистки обнажений. Важное наблюдение, сделанное во время зачисток обнажений А.Д. Пряхиным, заключается в уточнении размеров посёлков абашевской и срубной культур. Материал абашевской культуры территориально сосредоточился на центральном участке древнего поселения. При этом, посёлок срубного времени был значительно большим. Кроме того, исследован котлован постройки срубной культуры, найдены многочисленные фрагменты керамики, костей животных, орудий из камня[viii]. В культурном слое раскопа найдены фрагменты керамик абашевской и срубной культур, орудия труда из камня, кости животных. 

Поселение Шлихта. Памятник открыт в 1957 г. экспедицией ГИМ под руководством Т.Б. Поповой. Стоянка занимала небольшую площадь, между железной дорогой Тамбов - Котовск и обрывом берега озера Шлихта. Большая часть стоянки уничтожена карьерами. Заложен раскоп площадью 12 кв.м. На Шлихтинской стоянке найдена керамика, точно такая же как в раскопе I стоянки Перикса. Наиболее интересной находкой здесь является бронзовый нож, из нижней части культурного слоя (на глубине 0,65 м от современной поверхности). Подобного типа бронзовые ножи хорошо известны в ранних памятниках эпохи бронзы, и датируются они концом III и первой половиной II тысячелетия до н. э. Вместе с этим ножом была найдена керамика с глубоко прочерченным орнаментом. Учитывая то обстоятельство, что на стоянке Перикса подобная керамика найдена вместе с бронзовым долотом раннего типа, эту керамику, по-видимому, можно считать, что она предшествует керамике ранней стадии срубной культуры и относится к абашевской культуре средней бронзы.

Работы на памятнике были продолжены в 1969 г. экспедицией Воронежского госуниверситета под руководством А.Д. Пряхина. Заложен раскоп площадью 60 кв.м. и два шурфа, площадью 4 и 16 кв.м. Удалось выявить строительные комплексы в виде пяти хозяйственных ям и десяти столбовых от наземной постройки. В результате работ было установлено, что шлихтинское поселение – это долговременный посёлок абашевской культуры. Материалы воронежской и срубной культур оставлены недолговременными поселениями середины, второй половины II тыс. до н.э. 

Позже на этом поселении проводились работы, после которых остался не засыпанный котлован, что приводит к разрушению оставшегося нетронутым культурного слоя.

Поселение Красное Озеро. Памятник открыт в 1957 г. экспедицией ГИМ под руководством Т.Б. Поповой. Поселение находилось на небольшой возвышенности между р. Ржавец и озером Красным. Его размеры примерно 250 на 60 м. В 1958 г. проведены планомерные раскопки общей площадью 340 кв.м. Основной комплекс на поселении у озера Красного относится к срубной культуре, часть керамики - к ранней (полтавкинской) стадии этой культуры, другая к развитой. Полностью отсутствует керамика поздней стадии, типа посуды из второго жилища на Периксинской стоянке. К ранней стадии относится керамика удлиненных пропорций, сплошь покрытая узором. Кроме того, были исследованы хозяйственные ямы и часть жилой постройки – землянки. 

На поселении у Красного озера, так же как и на поселениях у с. Перикса и Шлихтинского озера, встречаются сосуды с рельефным узором, с примесью толченых раковин в глиняном тесте, относящаяся к абашевской культуре. Подобная керамика, к сожалению, не выделяется стратиграфически, но определенно сосредотачивается в нижних пластах культурного слоя.

В слое поселения найдено много точильных камней, зернотерок и пестов, а также костяные орудия: шилья, проколки, лощила, кочедыки, струг и т.д.[ix].

Работы на поселении были продолжены исследованиями 1969 г. экспедиции Воронежского госуниверситета под руководством А.Д. Пряхина. Заложено пять шурфов общей площадью 18 кв.м. В результате шурфовки поселения уточнены размеры древнего посёлка периода поздней бронзы, который занимал практически всю территорию большого по площади мыса. Уточнено присутствие на поселении материалов абашевской и срубной культур эпохи бронзы.

В 1970 г. исследования поселения Красное Озеро продолжил А.Т. Синюк[x]. Был заложен раскоп площадью 128 кв.м. и пять шурфов площадью 20 кв.м. Обнаружены три хозяйственные ямы, многочисленные фрагменты посуды абашевской и срубной культур эпохи бронзы, фрагменты костей животных, изделия из камня.

В настоящее время памятник уничтожен построенными на нём гаражами.

Тамбовская крепость. Заложенный 17 апреля 1636 г. Тамбов был отстроен к 1 октября этого же года. Он имел вид трапеции и делился на две части: собственно «город», или, как его позднее называли, кремль, и острог. Кремль окружала дубовая стена, сложенная «по-городовому», с обламами длиной 584,5 сажени (1245 м) и 12 башнями высотой от 12 до 16 сажень (25,5-34 м). Три башни имели проезжие ворота, особенно выделялась своими размерами Московская башня высотой 24 сажени (51 м), т. е. вышина современного шестнадцатиэтажного дома. На ее шатровой крыше размещалась караульная будка с вестовым колоколом. Московская башня в Тамбове была самым высоким деревянным сооружением на юге Русского государства. Ее строительство объясняется особенностями рельефа местности. Севернее крепости проходила высокая гряда, вдоль которой шли укрепления Тамбовского вала. Только с такой высокой башни можно было увидеть сигнальные костры.

Внутри города располагались съезжая изба, воеводский двор, пороховой погреб, пушечный амбар, 9 житниц для зерна, тюрьма и соборная церковь.

Другая часть крепости - острог была окружена острожной стеной с обламами. Она начиналась от северной и кончалась у восточной наугольных башен кремля и имела длину 833 сажени (1774 м). Острог, как и кремль, защищали 12 башен высотой 9-12 сажень с четырьмя проезжими воротами. Во время ремонта крепости в 1662 г. в остроге соорудили еще две башни: Водяную и Глухую. Внутри острога находились казенный и кружечные дворы, таможенная изба, 10 лавок, Знаменская церковь и слобода городовых казаков. По его углам стояли два раската с пушками. Дополнительными укреплениями острога служили ров с частиком, который в 1662 г. заменили на дубовый ослон. В этом же году часть острожной стены укрепили тарасами[xi].

Во время работ по строительству детского торгово-досугового центра по улице К. Маркса, нами проводился археологический надзор, в результате которого удалось выявить некоторые элементы укреплений Тамбовской крепости. Это, прежде всего ров и основание крепостной стены. Было установлено, что основанием крепостной стены являлась траншея, выкопанная в материковой глине. Реальная его глубина теперь неизвестна, так как во времена императрицы Екатерины II укрепления Тамбовской крепости были срыты. Мы получили лишь их незначительные остатки. Современная глубина траншеи – 0,25 м.; ширина – 1.5 м. В ней была обнаружена следующая деревянная конструкция: вдоль траншеи укладывались деревянные (дубовые) брусья, шириной 0,1 м в два яруса. Укладывались они в три ряда на поперечные лаги, шириной 0,1 м. Все это скреплялось гвоздями. На дно траншеи укладывались мелкие камни. Затем с боков производилась забутовка землей, а пространство между брусом забутовывалось белым речным песком. Непосредственно в песке, нами найдено несколько фрагментов керамики, типологически относящихся к середине 17 века, а также изделие из глины неясного назначения[xii].

Территория Тамбовской крепости имеет особый статус охраны. Этот статус установлен «Решением» малого совета Тамбовского областного совета народных депутатов № 34 от 23.02.1993 «Об установлении перечня участков особо ценных продуктивных земель, земель природно-заповедного фонда и историко-культурного назначения, изъятие которых не допускается».

Древнерусское поселение Тамбов. Во время проведения археологического надзора при строительстве жилых домов на пересечении улицы и переулка С. Разина, нами было сделано важное открытие. После удаления культурных напластований XX-XVIII вв., под слоем белого речного песка оказались самые интересные находки. Прежде всего, это два наконечника стрел, причем один из них отлит из бронзы. По типам эти наконечники можно датировать XII-XIV вв. Первый наконечник по внешним признакам относится к типу 38 – килевидный, с пропорциями пера 1:2. Его размеры: длина 68 мм, ширина 12 мм. Датируется XIII-XIV вв. Изготовлен из бронзы методом двусторонней отливки. Кончик и черешок деформированы от удара. Аналогов данному наконечнику найти не удалось. Второй наконечник относится к типу 43 – ромбовидный с расширением в середине длины пера, его размеры: длина 62 мм, ширина 20 мм. Данный тип был распространен в IX – первой половине XIII вв.

Не противоречит этой датировке и найденная керамика в виде фрагментов древнерусских горшков, орнаментированных прочерченной линией и «волной». Судя по венчикам, это горшки бытовали в XIII в. Найдены два фрагмента днищ древнерусских сосудов, имеющие клеймо мастера. Одно из них представляет довольно сложный символ и, возможно, представляет собой знак Богородицы. Другое клеймо представляет собой два круга, вписанные один в другой. Этот символ является общеславянским и преобладал в домонгольское время. Как известно, клеймение сосудов прекратилось в XV в. 

Интересной и важной для датировки слоя является находка фрагмента булгарского красноглиняного кувшина, орнаментированный «волной», прочерченными линиями и вертикальным лощением. Такая посуда характерна в булгарском гончарном производстве именной для XIII в. 

Кроме того, в этом слое найдена небольшая коллекция фрагментов лепной посуды. Это тринадцать фрагментов стенок сосудов. Поверхности заглажены, в примесях мелкий шамот, песок. Обжиг неровный. Эти фрагменты относятся к древнемордовской культуре и датируются IX-XI вв.[xiii].

Таком образом, можно утверждать, что в XIII-XIV вв. на месте исторического центра Тамбова находился древнерусский посёлок, а ранее, возможно, на этом же месте располагалось древнемордовское поселение; либо эти две этнические группы состояли в каких-то отношениях.

Тамбовский могильник. До последнего времени археологические работы в исторической части Тамбова не проводились. В апреле 2009 г. на пересечении улиц Советская и Октябрьская были начаты работы по строительству подземного перехода. Это место находится внутри Тамбовской крепости. Ранее было известно, что на этой территории встречаются человеческие останки. С самого начала работы, экскаватор натолкнулся на массовое человеческое захоронение. Площадь заложенного нами раскопа составила около 20 кв.м. Нахождение некрополя в центре крупного города сказалось на состоянии культурного слоя, который подвергался неоднократным перемещениям. Исследуемая часть памятника была покрыта несколькими слоями асфальта и булыжной мостовой. Культурный слой раскопа достигал мощности в 2,36 м и представляет собой сильно перемешанный степной чернозём с включением человеческих костей, строительного и бытового мусора. Сильно осложняли работу проходившие по раскопу действующие силовые кабели под большим напряжением и остатки фундаментов строений. В результате проведённых работ удалось выявить 21 погребение и многочисленные разрозненные человеческие кости, в общей сложности принадлежавшие 30 человекам. Найдены также остатки двух дубовых колод, железные гвозди, пуговицы от одежды, нательные кресты.

Письменных сведений об этом некрополе найти не удалось, только было установлено, что в этом районе находилась первая деревянная церковь «Знамение». В раскопе было выявлено, судя по всему, основание этой церкви в виде двух плохо сохранившихся дубовых венцов, скреплённых железной скобой.

Таким образом, разрушенный могильник, судя по всему, оставлен первыми жителями Тамбова и функционировал в середине, второй половине 17 века. Сформировался вокруг деревянной Знаменской церкви[xiv]

Тамбовский Вал. На западной окраине г. Тамбова когда-то располагалось замечательное сооружение XVII в., вобравшего в себя все достижения тогдашней военно-инженерной мысли, и являлась частью протяжённого фортификационного сооружения, призванного защитить южные границы Московского государства от набегов крымских и ногайских татар. Тамбовская крепость являлась частью этого сооружения. Сама система получила название Белгородской черты, а на окраине Тамбова находится отрезок, получивший название «Тамбовский вал». Эта линия укреплений начиналась от Лысых Гор на р. Челновой, т.е. почти напротив восточного фланга Козловского вала. Промежуток между ними вдоль правого берега реки прикрывала засека, а на окраине Челнавского леса был сооружен Лысогорский острожек. От него до Липовицкого леса протянулась линия надолб «вдвое» с поперечными связями и Спорным и Тамбовским острожками. У края леса строители поставили Липовицкий острожек. Далее вдоль р. Сухая Липовица на 5 верстах 692 саженях проходила линия засек вперемежку с надолбами. Кончалась засека около урочища Двойни. Здесь вся местность до р. Цны состояла из топей, «ржавцов» и болот и не требовала дополнительных укреплений.

Одним из самых опасных участков в Поценье считался район Кузьминой Гати, где проходило одно из ответвлений Ногайской дороги. В этом месте от Липовицкого леса до р. Цны строители соорудили линию надолб с башней, а на противоположной стороне Цны у переправы установили надолбы с подъемными связями и набили в воде частик. Вдоль берегов Лесного и Нару Тамбова стояли надолбы и засека. Далее на север до Шацка простирался большой Цнинский лес, служивший надежной преградой от татарской конницы.

Таким образом, от р. Челновой до Цны была сооружена сплошная линия укреплений. В ее создании применили традиционные для Руси деревянные конструкции (засеки, надолбы, частик, башни и острожки), которые умело сочетались с естественными преградами (лесом, реками и болотами). Если при возведении козловских укреплений применялся передовой европейский опыт, приобретенный в ходе Смоленской войны 1632-1634 гг., то для тамбовских укреплений строители выбрали старинные типично русские оборонительные конструкции, апробированные многолетней практикой борьбы с кочевниками.

Указ о закладке Тамбовского вала Боярская дума приняла 19 марта 1647 г. Руководителем работ назначался князь стольник И.И. Ромодановский. В своей отписке в Разрядный приказ он наметил 23 апреля как последнюю дату сбора строителей. В создании Тамбовского вала принимали участи шацкие дворяне, ценские мурзы и татары Шацкого уезда, тамбовские служилые люди и посадские люди ряда южных городов. Так, за невысылку к сроку «деловцев» из числа жителей посада г. Елатьмы приказчик Кирилл Рагозин был оштрафован на крупную сумму в 100 рублей и наказан тремя днями тюрьмы. В строительных работах принимали участие крепостные крестьяне шацких помещиков по норме 1 человек с 5 крестьянских дворов и, возможно, крестьяне Верхоценской волости.

Первоначально на Тамбовском валу находилось 18 башен. Он начинался от Лысых Гор и шел на протяжении почти 50 км на юго-восток до Кузьминой Гати. Крупные строительные работы развернулись на Тамбовской черте в период русско-польской войны в 1659-1662 гг. В 1658 г. татары воспользовались сложной обстановкой на Украине, связанной с изменой гетмана Ивана Выговского, усилили набеги на южную границу Русского государства. Так, летом этого года они прокопали в нескольких местах Тамбовский вал и проникли в Тамбовский уезд, убив 89 и взяв в плен 237 человек[xv].

В настоящее время этот отрезок Тамбовского вала не существует, т.к. был уничтожен при строительстве военного аэродрома. 

Постановлением СМ РСФСР № 624 от 4.12.1974 года памятник поставлен на государственную охрану. Однако в настоящее время вал фактически не охраняется.

Спасо-Преображенский кафедральный собор. В конце мая 2011 года недалеко от западной стены Спасо-Преображенского собора города Тамбова археологическим отрядом ТГУ им. Г.Р. Державина были проведены поисковые раскопки с целью определения местонахождения фундамента колокольни с последующей возможностью её восстановления. Колокольня возведена в 1811-1812 гг. и снесена в начале 1930-х. Работы показали, что от соборной колокольни сохранилась значительная часть кирпичного фундамента, который можно использовать при возведении новой. Однако в историческом отношении самым важным стало открытие фрагментов основания епископского деревянного собора, построенного в 1683-1684 гг. при первом епископе Тамбовском и Козловском Леонтии. Новый деревянный соборный храм в Тамбове святитель Питирим мог освятить около 1687 г. В нём он служил, очевидно, около 10 лет. Она просуществовала более полувека. Восточнее неё в 1694 году был заложен каменный Преображенский собор, который в связи с Азовскими походами 1695–1696 годов не был закончен при жизни епископа Питирима[xvi].

Согласно Статье 3 Федерального закона от 25 июня 2002 г. N 73-ФЗ «Об объектах культурного наследия (памятниках истории и культуры) народов Российской Федерации», ВСЕ ПАМЯТНИКИ АРХЕОЛОГИИ ЯВЛЯЮТСЯ ФЕДЕРАЛЬНЫМИ. ОХРАНЯЕТСЯ, согласно этому закону, И КУЛЬТУРНЫЙ СЛОЙ ПОСЕЛЕНИЙ. Как это делается в Тамбове, можете судить сами.

    Примечания

[i] ИТУАК. 1902. С. 62.

[ii] ИТУАК. 1915. 

[iii] Попова Т.Б. Отчёт о работе Тамбовской археологической экспедиции в 1957 г. // Архив ИА РАН. Р-1 1491.

[iv] Попова Т.Б. Отчёт о работе Тамбовской археологической экспедиции в 1959 г. // Архив ИА РАН. Р-1 1908.

[v] Попова Т.Б. Эпоха бронзы на Тамбовщине // СА. 1961. № 3. С.139.

[vi] Там же. С.142.

[vii] Там же. С.146.

[viii] Пряхин А.Д. Отчет археологической экспедиции Воронежского государственного университета и отряда воронежской новостроечной лесостепной экспедиции о работах в 1969 г по обследованию памятников поздней бронзы. – Архив ИА РАН. Р-1 4302.

[ix] Попова Т.Б. Ук. соч. С. 149. 

[x] Синюк А.Т. Отчет к открытому листу на право производства археологических работ в тамбовской области в 1970 г. // Архива ИА РАН. Р-1 4444. 

[xi] Мизис Ю.А. Заселение Тамбовского края в XVII-XVIII веках. Тамбов, 1990. С. 37.

[xii] Климкова М.А. «По наряду из Розряду…» Очерки из истории культуры Тамбовского края. Тамбов, 2004. С. 13.

[xiii] Андреев С.И. Тамбовские древности // Тамбовская старина. Тамбов, 2007. С. 160-161.

[xiv] Андреев С.И. Исследования некрополя XVII в. в центре Тамбова // Тамбовские древности. Тамбов, 2010, С. 94.

[xv] Мизис Ю.А. Ук. соч. С. 38-40.

[xvi] Климкова М.А. Святитель Питирим, Азовские походы и строительство русского флота // ТЕВ. № 1. С. 34-40.


Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic

Your reply will be screened

Your IP address will be recorded